Valeriya Lanskaya 1В свои двадцать два года Валерия Ланская успела сняться в восьми художественных фильмах и пяти сериалах. А еще она востребованная театральная актриса и певица.

Трудно сказать, какую именно Ланскую зрители любят боль­ше — романтичную девушку Алену из «Тарифа «Ново­годний», самого известного фильма с ее участием, Кончиту из рок­оперы «Юнона и Авось», или Мерседес из мюзикла «Монте-Кристо». А может быть, княжну Анастасию из сериала «Есенин» или Анастасию Соколовс­кую из «Принцессы цирка»…

Ассоль, Мата Хари, Корделия, Шахерезада — вот далеко не полный перечень об­разов, созданных актрисой в театре и в кино. Когда смотришь на ее нежный профиль, невольно думаешь — как по­везло режиссерам! И как повезло нам, потому что талантливая актриса и краси­вая девушка Валерия Ланская — давняя поклонница косметики Faberlic.

Страна Faberlic: Валерия, как вы познакомились с косметикой Faberlic?

Валерия Ланская: Моя коллега, ак­триса Людмила Светлова, с которой я работаю в «Театре Луны», занимается распространением косметики Faberlic. И я у нее периодически «закупаюсь». Когда мне в руки попадает каталог, я не могу удержаться. Людмила долго колебалась — заниматься этим или нет. Но потом все-таки решилась, и сейчас весь театр, по крайней мере женская часть труппы, пользуется вашей косметикой. Люда всегда демонстрирует результат на себе — и этому невозможно не поверить. 

Страна Faberlic: А какие продукты вы покупаете?

Валерия Ланская: По уходу за кожей. Молочко, то­ник, увлажняющий крем, питательный крем… Это просто спасение для тех, кто регулярно мучает лицо гримом. По­верьте, мне есть, с чем сравнить.

Страна Faberlic: Скажите, Валерия, а когда вы поня­ли, что вы — красивая девушка?

Валерия Ланская: Не знаю. В семье никто никогда на этом не акцентировался. Я просто росла и росла. У меня не было такого: сначала пацанка, а потом вдруг раз — и красивая девушка! Я с пяти лет на сце­не, и с детства привыкла, что на меня смотрят, что я должна хорошо выгля­деть. Это обстоятельство, наверное, и сгладило превращение в «прекрасного лебедя». Но в детстве я дружила в ос­новном с мальчиками, подружек у меня почти не было.

Страна Faberlic: А сейчас ситуация изменилась?

Валерия Ланская: Мне до сих пор легче находить об­щий язык с мужчинами, договаривать­ся, решать какую-то проблему. С ними все получается быстрее и легче. Но у меня есть две подруги. Это действитель­но друзья, на которых я могу рассчиты­вать, могу обратиться за помощью и по­делиться радостью, и которые искренне порадуются моим успехам, не завидуя. Это очень большая редкость сегодня

Страна Faberlic: Вы на себе это почувствовали?

Валерия Ланская: И на себе в том числе. Я люблю наблюдать за людьми — издержки профессии. И я вижу, что людям легче дать тебе в долг, когда ты нуждаешься, сказать слова утешения, когда у тебя проблемы, но мало кто может от всего сердца за тебя порадоваться.

Страна Faberlic: А у вас были периоды, когда что-то не получается? Ваша творческая биография кажется безоблач­ной.

Валерия Ланская: Безусловно, были! И есть. Что-то получается, что-то — нет. Это всегда так. И бе­зоблачность карьеры — только видимость. Мне все время при­ходится преодолевать какие-то препятствия. Я с этим еще в институте столкнулась. Помню, нужно было делать выпускной спектакль. А я тогда работала у Константина Аркадьевича Райкина в «Сатириконе», и он мне поставил условие: либо гастроли с театром, либо вы­пускной спектакль. В этот мо­мент позвонил Тигран Кеосаян и предложил на месяц уехать в экспедицию, сниматься в филь­ме «Заяц над бездной». И тоже поставил условие — пришлось мучительно выбирать. При этом я понимала, что от выбо­ра зависит вся моя дальнейшая творческая судьба.

Страна Faberlic: Вы выбрали кино?

Valeriya Lanskaya 2Валерия Ланская: Да. Из «Сатири­кона» пришлось уйти. Были, конечно, и другие причины для ухода, но эта — главная. Констан­тин Аркадьевич считает, что невозможно сочетать театр и кино, и очень ревниво относится к тому, что его актеры где-то снимаются. Я не по­нимаю, с чем это связано — ведь он сам очень активно снимался в свое вре­мя! Вот Сергей Борисович Проханов, у которого я сейчас работаю в «Театре Луны», с радостью отпускает меня и на съемки, и на телевидение, и на антрепри­зы. Он понимает: чем шире аудитория, которая знает его артистов, тем больше будет зрителей у театра. Конечно, Рай­кин пришел к своей позиции методом проб и ошибок, но мне кажется, что молодым актерам нужно дать возмож­ность пройти тот же путь, чтобы они сами могли убедиться в правильности такой точки зрения.

Страна Faberlic: Вы актриса, у которой есть шанс проверить, возможно ли сочетать съем­ки с игрой в театре. К каким выводам вы пришли? Чем работа в кино отличается от работы в театре?

Valeriya Lanskaya 3Валерия Ланская: По-моему, театр и кино — совер­шенно разные виды искусства. Прово­дить параллели между ними трудно. Пока могу сказать только одно: без кино я могла бы прожить, без те­атра — нет. Только в театре мож­но ежесекундно чувствовать взаи­мообмен энергией с залом! Это ни с чем нельзя сравнить.

Страна Faberlic: Ну, может быть, на премьере и мож­но получить столько эмоций, но ведь есть и рутина — когда из года в год играешь одно и тоже. На каком по счету спектакле вы начинаете играть механически?

Валерия Ланская: Не могу играть механически в принципе. У меня был случай, когда я трое суток не спала, а нужно было выходить на сцену. Я тогда подумала: «Отработаю по схеме, все равно ничего не могу отдать залу». Но когда вышла на сцену, откуда-то появились и силы, и энергия. Откуда — не знаю, но это так! Вот сейчас у меня бронхит с трахеитом. Связки еле смыкаются, чтобы гово­рить. Сплошной сип и хрип! А у меня идет блок спектаклей «Монте-Кристо», где надо петь сложнейшие арии. Дума­ла, все — ничего спеть не смо­гу. Но стоило начать, и голос откуда-то появился. И таких историй масса! Возможно, адреналин так действует… Но актерская фраза «Сцена ле­чит» — абсолютная правда! Забываются все проблемы, беды и болезни. Хотя, навер­ное, каждое любимое дело так «срабатывает»

Страна Faberlic: Расскажите, пожалуйста, о работе в сериалах. Чем она отличается от работы в кино и на сцене?

Валерия Ланская: Сериалы — это хороший опыт. Ежедневно снимают очень много сцен — прос­то нереальное количество! В кино так не делают. И это значит, что артист в сериале предоставлен сам себе. Нет времени на репетиции, на придумки режиссером ка­ких-то оригинальных ходов. В сериале очень многое зави­сит от мизансцен, и режиссе­ры массу энергии тратят именно на их «разводку». Артист выучивает текст и сам себе придумывает, как он это бу­дет играть.

Valeriya Lanskaya 5Мы так «Принцессу цирка» снимали, например. Мне давали текст буквально перед словами: «Камера, мотор!» Я учу текст, выхожу на пло­щадку, мне говорят: «Сейчас на этой реплике поворачиваешься на первую камеру, потом переходишь вот сюда, ловишь свет, отрабатываешь на партне­ра, потом доворачиваешься на третью камеру! Все, камера, мотор, ребята!» За это время нужно успеть включиться, какую-то мысль донести до зрителей и еще с партнером взаимодействовать, а не только думать о том, на какую каме­ру «доворачиваться»! Да, я считаю, что сериалы — это колоссальный опыт. И я рада, что он у меня был. После такого — море по колено.

Страна Faberlic: А как вам качество се­риалов, которые идут сей­час на нашем телевидении?

Валерия Ланская: По-разному. Качество сериалов зависит от денег, которые вложены в проект. Если их мало, то все мизан­цены будут сняты в четырех стенах. И так сто серий! Конечно, в итоге получит­ся штамповка. Если денег больше, то уже возможны интересные ходы. Сериалы как вид искусства сами по себе не плохи — ведь их смотрят миллионы людей. Их любят! И потом, я счи­таю, что артист должен за­рабатывать на жизнь сво­ей профессией. И лучше не сидеть и не ждать, когда тебе предложат роль, о которой ты мечтаешь! Если сидеть — не предложат.

Страна Faberlic: А о какой роли мечтаете вы?

Валерия Ланская: Я бы хотела сыграть Бланш в «Трамвае «Желание» и Ларису из «Бесприданницы».

Valeriya Lanskaya 4Страна Faberlic: Ну, что касается последней, вам придется тягаться с очень сильным филь­мом Михалкова («Жестокий романс») и игрой Ларисы Гузеевой…

Валерия Ланская: Да, это очень сильный фильм. И мне очень нравится игра Гузеевой. Но образ Ларисы я вижу иначе. В «Жесто­ком романсе» она получилась женщи­ной, которую влечет страсть и она, как мотылек, несется навстречу гибели. Вер­нее, ее влекут туда обстоятельства. И в этом есть какая-то слабость. А Лариса — очень сильный человек. Просто она любит так, как умеют лишь единицы!

Страна Faberlic: В чем же ее сила? В том, что она бросила к ногам любимого все?

Валерия Ланская: И в этом тоже. Сейчас мало кто на такое способен. Люди могут гово­рить, когда влюблены: «Я для тебя и то сделаю, и это…». Но сколько людей действительно готовы отдать за лю­бимого жизнь? Или хотя бы изменить ее? Любовь все больше превращается в отношения по принципу он (она) мне «подходит — не подходит».

Просто такой любви сейчас нет. И мало кто может понять, что это за чувство, когда ничего не имеет значения. Когда ты можешь отдать все, что есть ради любимого человека, не задумываясь о том, правильно ли это.

Valeriya Lanskaya 6Страна Faberlic: Вам могут возразить, что поступки Ларисы — глупость, любовь нельзя завоевать, а мужчин «жертвы только раздражают».

Валерия Ланская: Безусловно. Но, если человек любит, как Лари­са, то ему это неважно.

Страна Faberlic: Как вы думаете, у Ларисы был дру­гой выход?

Валерия Ланская: Думаю, да. Она могла бы выйти замуж, родить ребенка. Могла посту­питься своими чувствами, смириться и даже быть счастливой. Но она поняла, что без этого чувства перестанет быть собой.

Страна Faberlic: Что такое любовь, по-вашему?

Валерия Ланская: Осознание того, что перед тобой тот, с кем хочешь провести всю жизнь и родить от него ребенка, создать семью. И сейчас у меня такой человек есть.

Страна Faberlic: Что для вас красивая женщина?

Валерия Ланская: Моя мама — красивая женщина. У нее есть внутренняя гармония. Красота — это ведь не только внешнее, это и то, как человек общается с окружающими. Когда есть улыбка, которая сияет из­нутри — вот это настоящая красота.

Страна Faberlic: Валерия, а кого из актрис вы могли бы назвать красивой?

Валерия Ланская: Одри Хепберн — она с детства идеал. После фильма «Небесные ласточки» я считаю настоящей краса­вицей Ию Нинидзе. Даже сейчас, когда она сильно изменилась, от нее исходит такая доброта, что невоз­можно не считать ее краса­вицей. Кто еще? Анастасия Вертинская! Все они очень красивые женщины, они светятся, притягивают, есть в них какая-то необъясни­мая магия

Страна Faberlic: Кто из актеров — воп­лощение мужественности на экране?

Валерия Ланская: Янковский, Тихонов… Из молодых артистов — не знаю… Недавно мы говорили с друзьями, что, к сожалению, большинство актеров того поколения уходит, а на смену им никого нет.

Страна Faberlic: Самокритично. Вы ведь тоже отно­ситесь к поколению молодых актеров.

Валерия Ланская: Да, безусловно. Не нам судить, на­сколько мы талантливы — это только зрители могут сказать. Но среди своих сверстников я не вижу артистов, кото­рые могут заменить корифеев того по­коления. Может быть, у нас просто нет материала, на котором можно проявиться: фильмы стали снимать другие. Но от нас, актеров, тоже многое зависит. Но творчеством сейчас занимаются едини­цы. Остальные деньги зарабатывают.

Страна Faberlic: Что для вас самое главное в людях?

Валерия Ланская: Искренность. Мне важно, чтобы все, что люди говорят и делают, шло от сердца.

Страна Faberlic: Что бы вы пожелали читателям «Страны Faberlic»?

Валерия Ланская: Верьте в себя, в свои силы и никог­да не сдавайтесь! На пути к поставленной цели всегда бывают препятствия. И если что-то сразу не получается, это не значит, что надо сворачивать с на­меченного пути. Нужно верить и идти к своей мечте шаг за шагом. Только тогда в жизни может что-то получит­ся. И еще я хочу, чтобы все мы почаще останавливались и оглядывались вок­руг. Потому что в жизни очень много хорошего! Солнце, цветы, улыбки на­ших близких! Цените такие моменты и чаще говорите людям о любви.

Текст: Нина Попова. Журнал «Страна Faberlic» №16, июль-август 2009.